Если смотреть только на карты оперативной обстановки, может показаться, что в последние месяцы на фронтах российско‑украинской войны наступило относительное затишье. Вооруженные силы Украины нанесли несколько контрударов, которые остановили или замедлили продвижение российских войск. Однако нигде эти контратаки не привели к разгрому российских группировок, и теперь те пытаются вернуть утраченные позиции и снова перейти к активным действиям.
На участках, где наступление продолжалось зимой и весной, российским войскам не удалось добиться заметных оперативных успехов. Ситуация частично напоминает события тех же месяцев 2024 и 2025 годов: тогда тоже казалось, что наступление буксует из‑за больших потерь и украинских контратак, а затем в мае следовал прорыв на одном из отрезков фронта, который поддерживали соседние группировки. Уже к следующей зиме Украина теряла крупные территории. Сейчас повторить этот сценарий гораздо сложнее: российской армии будет труднее создать тот самый «майский импульс», который задал бы тон всей кампании.
Как начинались летние кампании в предыдущие годы
В 2024 году после захвата в феврале важного опорного пункта украинской армии в Авдеевке российские войска несколько месяцев вели изнурительные бои на ее окраинах и в соседних городах — Торецке, Марьинке и Красногоровке. Украинские силы активно контратаковали на разных участках фронта. В мае российские части нанесли удар на стыке двух украинских группировок, оборонявших подступы к Торецку на востоке и к Покровску на западе. Слабая оборона у села Очеретино не выдержала удара, который стал спусковым крючком большого наступления на западе и юге Донбасса.
Украинское командование неверно оценило замысел противника, сосредоточив основные силы на обороне Покровска и отправив почти все резервы в наступление на Курскую область. Тем временем крупнейшая группировка российских войск развернулась от Покровска на юг. К началу 2025 года Украина утратила всю южную часть Донецкой области вместе с важными укреплёнными районами — Угледаром, Курахово и Великой Новосёлкой.
В 2025 году был применён схожий манёвр. Перебросив на участок крупные резервы, российское командование организовало прорыв на севере — всего в нескольких километрах от Очеретино, у дороги Покровск–Константиновка. Удар в стык между двумя украинскими группировками снова встретил лишь слабый заслон. Это позволило захватить Покровск и Мирноград, а также северную часть Торецка и начать бои за Константиновку. Однако попытка дальнейшего прорыва между Покровском и Константиновкой сорвалась из‑за прибытия украинских резервов.
Почему найти новый «слабый участок» всё труднее
По мере продвижения российских войск к Краматорской агломерации с трёх сторон линия фронта сжимается, и украинское командование может плотнее насыщать оборону. Действия наступающей стороны становятся предсказуемее, а украинская армия не ограничивается пассивной обороной и регулярно проводит контратаки.
Тактическая обстановка по сравнению даже с 2025 годом заметно усложнилась для обеих сторон. Над фронтом постоянно растёт плотность боевых дронов: они всё глубже проникают в тыл, нарушают снабжение, выжигают технику и склады. В результате на передовой становится меньше пехоты и бронетехники, а крупные прорывы в классическом понимании в таких условиях выглядят маловероятными.
Эксперты всё чаще говорят о «революции дронов»: беспилотники лишили привычных преимуществ пехоту, авиацию и артиллерию. На этом фоне активно обсуждается, станут ли по‑настоящему «беспилотными» все будущие войны или подобный формат характерен только для нынешнего конфликта между Россией и Украиной.
Ниже — обзор положения на ключевых направлениях перед началом летней кампании.
Константиновка: медленное продвижение и взаимные просачивания
За последний месяц российские войска усилили атаки на Константиновку — самый южный город Краматорской агломерации. По характеру боёв можно судить, что план наступления предполагает «двойной охват»: удары с юго‑запада и юго‑востока по центральным районам города в сочетании с попытками обойти Константиновку по окраинам через Ильиновку и Новодмитровку.
Подразделения, продвигающиеся в центр с южных окраин, должны теснить украинские войска фронтальным давлением, а дроны и артиллерия — нарушать снабжение, поражая коммуникации к северу от города. Пока ценой больших потерь российским частям удалось выйти к центральной части Константиновки в районе завода «Укрцинк», но контроль там остаётся неустойчивым: украинские подразделения регулярно контратакуют.
В центр города российские штурмовые группы проникают с позиций у железнодорожного вокзала на юго‑восточной окраине, где им удалось закрепиться. Однако обе стороны испытывают серьёзные трудности с подвозом боеприпасов и ротацией личного состава, поэтому бои носят характер ограниченных, локальных «просачиваний» небольших групп.
На западной окраине российские войска вышли к Ильиновке, на восточной — к Новодмитровке. Дальнейшее продвижение сдерживается проблемами со снабжением и действиями украинских сил в тылу на южной окраине — в районе села Иванополье, где украинская оборона держится с прошлого года. Коммуникации штурмующей группировки простреливаются на десятки километров вглубь — вплоть до Горловки, которую российская сторона рассматривает как крупный тыловой узел. При этом численное превосходство наступающих здесь недостаточно, чтобы рассчитывать на быстрый захват города.
Между Константиновкой и Добропольем: участок прежних прорывов
На стыке двух украинских группировок, обороняющих соответственно Константиновку и Доброполье, российская армия в 2025 году уже пыталась пробиться к Краматорской агломерации. К маю 2026‑го здесь установилось относительное затишье.
После тяжёлых боёв одна из дивизий 8‑й общевойсковой армии России, усиленная крупными силами морской пехоты, в феврале заняла район Шахово и Софиевки на реке Казённый Торец. Однако дальнейшее продвижение к Дружковке остановилось. Вероятная причина — переброска части дивизии и одной бригады морской пехоты в Днепропетровскую и Запорожскую области, где требовалось отражать крупные украинские контратаки по флангу группировки «Восток», наступающей от Гуляйполя в сторону Орехова.
Новый крупный штурм с оперативными целями на этом участке слишком ожидаем: прорывы уже проводились здесь в 2024 и 2025 годах — только несколько южнее. Похоже, украинское командование теперь лучше подготовлено к повторению подобного сценария.
Покровск и Доброполье: безрезультатные попытки развить успех
После захвата Покровска и Мирнограда российские войска получили подкрепления из состава 76‑й десантно‑штурмовой дивизии и попытались сходу развить наступление на Доброполье. Позже командованию группировки «Центр», действующей в районе Покровска, пришлось вернуть две приданные ранее бригады в состав группировки «Восток» — они оказались нужны для отражения украинских атак в Днепропетровской области.
В результате успехи наступления к северу от Покровска пока скромны. За несколько месяцев удалось взять важное село Гришино, но прорваться напрямую к Доброполью не получилось: в районе Гришино продолжаются тяжёлые бои с активным применением дронов и артиллерии. Обе стороны сейчас добиваются скорее срыва накопления сил противника, чем продвижения по земле.
Северо‑восточнее Покровска войска 51‑й общевойсковой армии группировки «Юг» продолжают попытки продвинуться от захваченного Родинского через Белицкое и Новый Донбасс к Доброполью. Как и на направлении через Гришино, успехи невелики: украинским подразделениям удалось выбить российские силы из западных районов Белицкого и Нового Донбасса. Без дополнительного усиления наступающей группировки или серьёзного ослабления украинских войск в этом районе быстрый прорыв к Доброполью маловероятен.
Гуляйполе и Днепропетровская область: взаимные переброски и замедлившееся наступление
Командованию российских войск удалось за счёт переброски частей с Покровского направления остановить украинские атаки против северного фланга группировки «Восток». Характерно, что обе стороны действовали зеркально: сначала украинская армия сформировала здесь ударную группировку размером примерно с армейский корпус, а затем российская сторона ответила переброской сопоставимых сил.
Российское командование пыталось развивать наступление на запад вглубь Запорожской области от Гуляйполя, оставив против украинских сил в Днепропетровской области сравнительно слабый заслон и рассчитывая прикрыть северный фланг естественным рубежом — рекой Волчья, растянув линию на почти 50 километров. Однако украинские войска, стянув резервы к плацдарму на южном берегу у Великомихайловки, смогли прорваться в тыл российских подразделений на 10–15 километров.
В ответ российские части вновь штурмом заняли сёла Терновое и Берёзовое — на самом «острие» украинского рывка. Группы украинских войск, остающиеся западнее этих населённых пунктов в российском тылу, оказались под угрозой окружения, а их активные атаки в последние недели заметно сошли на нет.
Получив подкрепления, российские войска у Гуляйполя и севернее города возобновили медленное продвижение на запад в сторону Орехова по двум направлениям: на Верхнюю Терсу и через Терноватое на Бойково и Риздиянку (за само Терноватое идут ожесточённые бои). Темпы наступления сейчас гораздо ниже, чем зимой. Украинской стороне, хотя и не удалось разгромить прорвавшуюся группировку «Восток» в Запорожской области, всё же получилось существенно замедлить её продвижение.
Славянское направление: борьба за Лиман и подходы к городу
С осени российские войска ведут наступление по обоим берегам Северского Донца в сторону Славянска. На южном берегу, после захвата Северска, они подошли к городу примерно на 15 километров. На северном берегу части наступающих вышли к реке напротив окраин Славянска, но не смогли взять Лиман — важный узел коммуникаций, без контроля над которым зачистка северного берега практически невозможна.
В последние недели украинская армия провела ряд контратак в районе Лимана. Одна из них отбросила российские подразделения от северных окраин города, другая — с целью занять посёлок Ямполь — обрушила восточный фланг наступающей группировки. Эти действия существенно снизили угрозу быстрого падения Лимана.
К югу от Северского Донца российские войска продолжают наступление по двум осям: вдоль реки на Кривую Луку и южнее — в направлении Рай‑Александровки, расположенной в 13 километрах от Славянска.
Купянск и северо‑восточная граница: бои за плацдармы и «санитарный кордон»
После украинского контрнаступления осенью и зимой в районе Купянска российская сторона утратила контроль над центром города и его южными микрорайонами. Под её контролем остались только северные районы на обоих берегах реки Оскол, делящей город пополам. Одновременно продолжались попытки прорваться к переправам через Оскол, по которым снабжается украинский плацдарм на восточном берегу, — с целью его ликвидации.
В последние дни российские войска возобновили наступление на центр Купянска в западной его части. Бои идут в районе городской больницы, где, по данным российских военных блогеров, несколько недель назад в окружении погибла крупная группа военнослужащих наступающей стороны. Штурмовые подразделения также были замечены у южного въезда в город — недалеко от стелы, ставшей символом предыдущего украинского успеха под Купянском.
На восточном берегу Оскола российские силы снова пытаются войти в посёлок Купянск‑Узловой, за которым находятся важнейшие переправы. Параллельно предпринимаются попытки прорваться к реке южнее Kupянsk‑Узлового. Площадь украинского плацдарма на восточном берегу продолжает сокращаться — причём всё более высокими темпами.
При этом бои за Купянск напрямую не влияют на исход главных сражений в Донецкой и Запорожской областях. Этот район имеет прежде всего политическое значение и используется обеими сторонами для отвлечения резервов и внимания противника. Подобную практику «силового отвлечения» российское командование пытается распространить и на другие участки северной границы — в районах сопредельных с Харьковской и Сумской областями.
По украинскую сторону границы российские войска уже создали более десяти плацдармов, заняв несколько десятков сёл. В последние недели захват приграничных территорий идёт всё интенсивнее. Однако украинское командование пока избегает переброски крупных резервов к границе, не формируя там «пожарные команды». Приграничные районы во второй половине 2025‑го и в начале 2026 года фактически стали главным донором резервов для других направлений, и, по‑видимому, Киев считает нынешние вклинения недостаточно опасными для глубокого прорыва к Сумам, Харькову и другим крупным городам региона.
Несмотря на это, российский Генштаб продолжает разворачивать наступательные действия в приграничной зоне, увязывая их с задачей создания так называемого «санитарного кордона». Пока этот «кордон» не мешает украинской армии наносить удары дронами и артиллерией по территориям на российской стороне границы.
Динамика контроля над территориями и интерактивные карты
На основе открытых данных и полевых сводок можно проследить динамику изменения линии фронта на графиках контроля территорий: видно, как после крупных прорывов прошлых лет миграция линии замедляется, а участки ожесточённых боёв превращаются в зоны позиционного противостояния.
Интерактивные карты боевых действий в реальном времени показывают, что нынешняя кампания всё больше зависит от точечных ударов, работы дронов и способности сторон поддерживать логистику под постоянным огнём, а не от резких бросков крупных бронетанковых соединений.
