Жёсткие ограничения в интернете подталкивают россиян к поиску путей эмиграции

Отключения интернета, блокировка мессенджеров и усиление борьбы с VPN спровоцировали новый всплеск интереса россиян к эмиграции.

Согласно статистике сервиса «Яндекс Вордстат», число поисковых запросов о переезде из России в другие страны достигло максимальных значений со времени мобилизационной кампании осенью 2022 года.

По сравнению с началом текущего года интерес к теме уезда вырос более чем вдвое: в январе фиксировалось 19,6 тысячи таких запросов, в феврале — 22,9 тысячи, а в марте — уже около 40 тысяч. Если сопоставлять с первым кварталом прошлого года, рост ещё заметнее: в январе–марте 2025‑го россияне искали информацию о возможностях переезда примерно 16,2 тысячи, 12,4 тысячи и 12,9 тысячи раз соответственно.

Политолог Илья Гращенков отмечает, что привычная практика запретов перестаёт автоматически обеспечивать общественное согласие. По его словам, люди устают не столько от жёсткости как таковой, сколько от ощущения, что ограничения множатся, а перспектив улучшения не видно. Фактически речь идёт о нарастающем конфликте между запретительной моделью управления и запросом общества на «нормальную, не дёрганую жизнь».

После резкого ужесточения контроля над интернетом официальные рейтинги власти показали самое серьёзное падение с начала войны: уровень одобрения деятельности Владимира Путина по данным ВЦИОМ снизился на восемь пунктов — до 67,2%, а показатель доверия, рассчитываемый по открытому опросу, опустился ниже 30%, что примерно вдвое ниже значений 2015 года.

Критика курса на усиление ограничений прозвучала даже от части лояльной аудитории. Известный Z‑блогер Илья Ремесло, ранее прославившийся жёсткими доносами на оппонентов власти, неожиданно потребовал ареста Путина, вызвав широкий резонанс. Неожиданным символом протеста стала и бывшая участница реалити‑шоу «Дом‑2» Виктория Боня: в своём обращении к президенту, собравшем свыше 20 млн просмотров, она предупредила, что терпение людей может «лопнуть, как пружина», а между обществом и властью уже выросла «стена».

По данным источников среди бизнеса и финансовых кругов, к президенту негласно обращались несколько предпринимателей и банкиров, указывая, что атака на интернет превращается в «головную боль» для компаний, которые и так страдают из‑за повышения налогов и замедления экономики. Собеседники, близкие к руководству страны, не исключают, что на фоне раздражения в обществе власти могут смягчить курс и отказаться от части новых ограничений, в том числе позволив мессенджеру Telegram продолжить работу в России.

Тем не менее уровень блокировки Telegram, аудитория которого на начало года оценивалась примерно в 100 млн пользователей, остаётся стабильно высоким и достигает около 90%.

По оценке Гращенкова, в новых условиях власти вряд ли откажутся от общего курса на ужесточение контроля, но, вероятнее всего, попытаются сделать его менее заметным и болезненным для повседневной жизни. «Будут искать баланс между безопасностью и раздражением, между репрессивной инерцией и необходимостью не уронить социальное самочувствие», — предполагает эксперт.

При этом он не исключает и противоположный сценарий — дальнейшее закручивание гаек. Такой вариант, по его словам, возможен, если приоритетом по‑прежнему останется логика безопасности, а падение рейтингов будет воспринято не как сигнал к корректировке курса, а как повод ещё жёстче «дисциплинировать пространство».