Ключевые тезисы
- Годовая инфляция по данным Росстата снизилась до 5,31% в мае (апрель — 5,58%), месячная — 0,17%. Эти показатели не являются сигналом к смягчению политики.
- Спад ВВП в I квартале (−0,2%) объясняется календарными эффектами, погодой и сдвигом спроса; с календарной поправкой рост около 0,3%, поэтому пересматривать годовой прогноз по ВВП оснований нет.
- Идею добавить целевой рост ВВП в мандат Центробанка он отверг: ни необходимости, ни содержательных оснований для этого нет — смягчение приведёт к более высокой инфляции и реальным ставкам.
- Экономика сейчас выше потенциала: безработица на рекордно низком уровне, устойчивые компоненты цен растут на 4–5% в год — инфляционное давление сохраняется.
- Бюджет пока не обеспечивает обещанного дезинфляционного эффекта: госсектор продолжает поддерживать высокий совокупный спрос.
- Дезинфляционный эффект от укрепления рубля на фоне роста нефти во многом отыгран; одновременно проинфляционный вклад из‑за дорожающей продукции, связанной с нефтью, продолжается — блокада Ормузского пролива усиливает это давление.
- Главный ограничитель для снижения ставки — высокие инфляционные ожидания населения, сформированные за последние 3–4 года.
Оперативные данные за июнь показывают ускорение инфляции: за неделю к 8 июня рост составил 0,20% в первую очередь из‑за подорожания бензина. Это добавляет аргументов в пользу осторожной позиции регулятора и сдерживает пространство для снижения ключевой ставки.
По оценке заместителя председателя, совокупность факторов — устойчивый спрос со стороны госсектора, сохраняющееся инфляционное давление и закреплённые инфляционные ожидания — делает преждевременным смягчение денежно‑кредитной политики.
